Парагвайские «белые» и Кавказ

Лишившись своей исторической родины, наши многочисленные соотечественники были вынуждены искать счастья в самых отдаленных уголках Земли. В надежде приступить к строительству новой, благополучной жизни они обосновались и в Республике Парагвай. Однако бурный водоворот событий начала и середины XX века не позволил им обрести долгожданный покой даже в спрятанной в глубине непроходимых южноамериканских лесов страны. Волею судьбы они оказались в эпицентре экзистенциального для своей второй родины вооруженного конфликта, внеся при этом решающий вклад в становление парагвайской государственности, вооруженных сил, культуры и образования. Не в пример многим народам, важную роль в истории которых сыграли наши соотечественники, современные парагвайцы бережно хранят память о выдающихся белогвардейских офицерах, вставших на защиту суверенитета этой далекой латиноамериканской страны. Сегодня их потомки, родившиеся уже в эмиграции, продолжают вносить значительный вклад в укрепление отношений между Российской Федерацией и Республикой Парагвай, а также в дело сохранения здесь уникального наследия российской диаспоры.

Актуальность данной темы обусловлена ее неизученностью и сохраняющимся влиянием первых русских переселенцев и их наследников на современные межгосударственные контакты. Задача настоящей статьи заключается в исследовании исторической роли «американизировавшихся» деятелей белого движения в установлении российско-парагвайских взаимоотношений, включая межрегиональные связи с республиками Северного Кавказа.

Насколько часто мы слышим приписываемую знаменитому немецкому поэту и философу Фридриху Шиллеру фразу «мир тесен»? Ставшее уже избитым высказывание тем не менее не теряет своей актуальности. Оно приходит на ум при сопоставлении географического расстояния с тем объемом связей и пересечений, которые существуют между Северным Кавказом и приютившимся в самом сердце южноамериканского континента загадочным Парагваем. Что же могло объединить эти столь отдаленные и непохожие друг на друга регионы? Каким образом в эпоху, предшествовавшую становлению гражданской авиации и прямому авиасообщению между материками, смогли духовно сблизиться эти два мира?

Вместе с тем насмешница судьба уготовила им самую непосредственную связь. Тихое отречение Николая II от престола 2 (15) марта 1917 г. [1] застало врасплох многих представителей российских элит и высшего командного состава, оставив их в состоянии крайнего недоумения. В своих мемуарах Великий князь Александр Михайлович вспоминал: «С каких пор Самодержец Всероссийский может отречься от данной ему Богом власти из-за мятежа в столице, вызванного недостатком хлеба? Измена Петроградского гарнизона? Но ведь в его распоряжении находилась пятнадцатимиллионная армия. (…) Все это, включая и его поездку в Петроград, казалось тогда в 1917 году совершенно невероятным. И продолжает мне казаться невероятным и до сих пор» [2].

Последовавшая за Октябрьской революцией / переворотом жестокая и беспощадная гражданская война лишила родины миллионы наших соотечественников, обреченных скитаться по миру в поисках лучшей доли. К слову, выдающиеся представители осетинской интеллигенции, такие как Гайто Газданов [3] и Гаппо Баев [4], нашли вынужденное пристанище во Франции и Германии. Однако разрушенная после Первой мировой войны (1914–1918 гг.) Европа оказалась не в состоянии, да и не особо стремилась, принять всех бежавших от большевиков россиян. В этой связи значительной части белоэмигрантов было уготовлено далекое путешествие в Новый Свет, который оставался для них последней надеждой на мирную и спокойную жизнь.

Сложно представить, через что пришлось пройти первым русским переселенцам в Южной Америке, столкнувшимся с невиданной жарой, смертоносными лихорадками, абсолютным непониманием местных реалий и менталитета. В дошедшем до наших дней фольклоре отражены страдания, которые выпали на долю наших соотечественников, оказавшихся за океаном:

Эх, Перу, ты наша каторга, –
Заграничная тюрьма.
На твоих лесах тропических
Дух казацкий умирал [5].

Вместе с тем, несмотря ни на какие жизненные сложности и перипетии, этим людям удалось завоевать уважение в чуждом для себя социуме, стать его полноправными членами. Более того, они сумели сохранить свою национальную идентичность и передать ее потомкам.

«Великую услугу оказало мне знакомство с Кавказом. Из каждой экспедиции я привозил целый ворох впечатлений, которые в конце концов разбудили во мне все качества, встречающиеся лишь у природного воина. Быть может, это-то и было главным фактором, обеспечившим мне впоследствии доверие солдат и успех на войне» [6, с. 37].

Вышеприведенные воспоминания принадлежат перу выдающегося военачальника, ученого, просветителя и отца-основателя русских колоний в Парагвае Ивана Тимофеевича Беляева. В 1939 г. на праздновании 80-летия со дня рождения основоположника осетинской художественной литературы Коста Хетагурова присутствовавший на мероприятии тогдашний руководитель Союза писателей СССР А.А. Фадеев назвал Коста «Леонардо да Винчи осетинского народа» [7]. Без всякого сомнения, схожую характеристику можно было бы дать и генералу Беляеву, ставшему таким же «Леонардо» для нескольких волн русской эмиграции [8], а также для ряда племен парагвайских индейцев, одно из которых (Мака [9]) носит сегодня его имя.

В 2015 г. в качестве атташе по культуре Посольства Российской Федерации в Республике Парагвай мне было поручено заниматься подготовкой мероприятий, приуроченных к 140-летию со дня рождения И.Т. Беляева. Именно тогда я впервые увидел его «Записки русского изгнанника», вобравшие в себя наиболее значимые отрезки жизни генерала, включая его кавказские зарисовки. По некоему, можно сказать, мистическому совпадению я непроизвольно открыл книгу именно в том месте, где Беляев сравнивает приглянувшийся ему Асунсьон с «небольшим губернским городом, вроде Владикавказа» [6, с. 249]. Не раз, гуляя по тихим и цветущим улицам Асунсьона – одной из самых зеленых столиц Латинской Америки [10], ловил себя на мысли, что они напоминают уютные переулки в центре Владикавказа. Данный факт заставил почувствовать некое духовное родство с неизвестным мне доселе белогвардейским офицером, что стало решающим аргументом для изучения наследия нашего выдающегося соотечественника и его связи с моей малой родиной. «Несколько дней в этом изумительно прекрасном городе промчались как сон. Величественная красота вершины Казбека и Столовой горы, грозные очертания скал и изумрудные шапки передовых цепей с одной стороны, безграничная степь с ее ароматными злаками и травами, прорезанная извилинами бурливого Терека, – с другой; русская городская жизнь, погруженная по колена в туземную жизнь, – эти незабываемые картины казались мне роскошным занавесом, за которым скрывался целый мир чудес» [6, с. 33].

«Там, у подножия, скрывается мой любимый Владикавказ» [6, с. 99].

Иван Тимофеевич родился 19 апреля 1875 г. в Петербурге. Будучи потомком известного дворянского рода, давшего России множество блестящих офицеров, он, следуя семейным традициям, окончил Второй кадетский корпус Санкт-Петербурга, а затем и Михайловское артиллерийское училище, начав свой ратный путь в чине подпоручика.

С этого периода открывается новая глава в жизни генерала – большое путешествие, забросившее его за тысячи верст от родных просторов. Вместо уготованной ему жизни меж светских балов и кавалерийских смотров он каким-то непостижимым образом ищет смысл бытия вдали от столичного лоска.

«Кавказ издавна привлекал мое воображение. Я вынужден был искать спасения в перемене обстановки, я нашел его на Кавказе. С тех пор Кавказ стал мне второй Родиной. Меня не страшили его заоблачные перевалы – с больным сердцем я пересек их семь раз. Меня не пугали его дикие тропинки, висевшие над бездной, ни засады абреков, ни ледяной ветер, ни снежные бури, настигавшие нас в горах, ни величественные грозы, бившие камни вокруг меня и охватывавшие весь открывшийся с них горизонт» [6, с. 97].

Быть может, секрет влечения И.Т. Беляева к горным вершинам заключался в (как он сам говорил) «капле гурийской крови», текшей в его жилах. В частности, генерал отмечал, что его предки по материнской линии были ханами Гурии. «Черкесские старики, видя меня впоследствии в черкеске и папахе, уверяли, что я воскрешаю в их памяти живые образы убыхских князей черноморского побережья, целиком ушедших в Турцию» [6, с. 97].

Прибыв на Кавказ в начале XX века, Беляев погружается в изучение быта и устоев горцев, совершив несколько экспедиций. «Миновали Дарьяльское укрепление и остановились в осетинском селении Казбек, в «духане», у подножия заоблачной величественной горы, носящей это историческое имя. Нам предложили немного овечьего сыра, красного вина. Сделали шашлык. В меню стояло несколько туземных блюд, в том числе мясо тура. Ранним утром мы добрались до горного домика, где взяли лошадей и поднялись до второго, все время любуясь скалами, обрывами, ледниками и развалинами воспетого Пушкиным монастыря» [6, с. 33].

За время своих поездок Беляеву удалось изучить жизнь горцев не только Северного Кавказа, но и Закавказья. Его первая этнографическая работа «На земле хевсуров» была посвящена устоям этого народа, живущего «на холмах Грузии» в бассейне реки Арагви.

Обладая природным обаянием, он становится для горцев, чувствовавших его уважительное к ним отношение, своим человеком. «В соседнем богатом осетинском ауле устроили праздник: «Бик резил, баран резил, лапу (мальчик) джигитовал, чиж (девушка) плясал». Наших красавиц нарядили в туземные костюмы, затянули в корсажи с горизонтальными полосками литого серебра на груди, с чадрой на голове и с восточными туфельками на ногах. Целую ночь пировали, танцевали «уго» и только к 4-м часам покатили домой, сопровождаемые сотней джигитов, окружавших экипаж и потрясавших воздух криками, выстрелами и гиканьем» [6, с. 114].

Кавказский опыт сильно пригодился Беляеву в период Первой мировой, Гражданской и Чакской (вооруженный конфликт между Парагваем и Боливией, ключевую роль в котором сыграли белоэмигранты [11]) войн. «Моя тонкая кость и деликатное телосложение, унаследованное от гурийских предков матери моего отца, сделали из меня джигита. «Скачет наш Шамиль», – говорили офицеры моего конногорного дивизиона, когда я обгонял батареи под Екатеринодаром. Врангель не без зависти поглядывал на мою кавказскую посадку» [6, с. 23].

Благодаря своим обширным знаниям региона в разгар Первой мировой войны на тот момент полковник Беляев, будучи командующим 2-й батареи 1-го Кавказского стрелкового артиллерийского дивизиона, продемонстрировал блестящие организаторские и наставнические способности. «Нельзя требовать одинаковой стойкости от казака, кавалериста и пехотинца. Осетинцы давали прекрасные пластунские батальоны, но другие горцы годятся лишь в конном строю. Черкесы, неудержимые в атаке, устойчивы еще менее других под артиллерийским огнем. Со всем этим приходится считаться» [6, с. 219].

Сетуя на предвзятое отношение некоторых командиров к горским народам, И.Т. Беляев, напротив, пытался как мог поднять воинский дух вверенных ему бойцов, создав сплоченное и эффективное подразделение. «Я знаю и верю, что вместе мы исполним наш святой долг перед Царем и перед Родиной, и что наша Вторая батарея 1-го Кавказского стрелкового дивизиона станет первой в рядах славной русской артиллерии. За нашу будущую славу и за каждого из вас, за всех, кто верен долгу и чести – ура!» [6, с. 101].

В 1917 г. Беляев получил звание генерал-майора. За проявленную в Первую мировую войну доблесть был также награжден Георгиевским крестом. Весть об отречении Николая II застала его на полях сражений. Как верный присяге солдат он принял активное участие в событиях Гражданской войны, влившись в ряды Белого движения. В результате чего ему пришлось «испить до дна» горькую чашу поражения белогвардейцев.

«Закавказье уже спалено летними жарами, мы ползем с медленностью классического Bummelzug – «Осетинской молнии». Уже миновали Дербент, «Железные ворота», уже повернули на Ростов. Пожелтелые поля, повыжженные степи. Простились с вами, милые горы, ставшие мне родными – надолго, навсегда. Кто знает?» [6, с. 125].

Как оказалось, генерал расставался с «милыми горами» Кавказа навсегда. В новой, эмигрантской жизни в Латинской Америке его взору предстанут уже вершины Андских Кордильер [12].

Бесценный опыт взаимодействия с горцами, а также приобретенные этнографические навыки помогли генералу быстро освоиться в новом для себя социуме. Его деликатность и доброжелательность устраняли любые барьеры, что позволило заложить прочный фундамент для тысяч наших соотечественников, нашедших пристанище в доселе абсолютно чуждом им Парагвае…

В ноябре 2014 г. Северный Кавказ посетил почетный консул Российской Федерации в Республике Парагвай, президент Ассоциации русских и их потомков в Парагвае (АРИДЕП) Игорь Анатольевич Флейшер-Шевелев. Человек преклонного возраста (родился он в 1939 г.), Игорь Анатольевич принял решение о столь далеком и непростом путешествии не из банального желания увидеть Кавказские минеральные воды либо полюбоваться вершинами Казбека. Дело в том, что почетный консул нашей страны (занимал эту должность с 1992 по 2023 г. [13]) в далекой земле индейцев гуарани является прямым потомком (правнуком) наказного атамана Терского казачьего войска, последнего генерал-губернатора Терской области (с 1912 по 1917 г.) Сергея Николаевича Флейшера – представителя древнего дворянского рода из Московской губернии. Потомственный военачальник окончил 1-й Московский кадетский корпус, начав ратный путь в 1874 г. В апреле 1903 г. С.Н. Флейшер удостоен звания генерал-майора. К службе на Кавказе он приступил в 1901 г., получив за этот период множество государственных наград [14].

Согласно В.П. Труту, история терского казачества берет свое начало на рубеже XV–XVI вв., когда часть донских казаков спустилась по Волге к Каспийскому морю, обосновавшись на берегу Терека [15]. С тех пор терские казаки стали неотъемлемой частью истории и культуры Северного Кавказа, внеся значительный вклад в интеграцию горских народов в российское общество. Быть может, самые страшные испытания в истории региона пришлись именно на годы службы Сергея Николаевича в Терской губернии. Русско-японская война, Революция 1905 г., Первая мировая война и Февральская революция 1917 г. навсегда изменили уклад жизни горцев и проживавших с ними казаков. Даже после своего ухода в отставку (по состоянию здоровья) в июле 1917 г. генерал Флейшер не мог оставаться в стороне от захлестнувших страну драматических событий, вступив в резерв чинов Добровольческой армии. Как знать, может быть, судьба сжалилась над заслуженным военачальником, и ему не пришлось видеть всех ужасов братоубийственной войны, в которую погружалась Россия. С.Н. Флейшер скончался 27 декабря 1918 г. в возрасте 62 лет.

Его правнук, родившийся уже в столице Парагвая – Асунсьоне, всегда помнил о своих славных предках, на протяжении веков служивших отчизне. Однако непримиримые идеологические противоречия между «красными и белыми» делали поездку на историческую родину несбыточной мечтой. Лишь с наступлением нового этапа развития нашей страны и падением режима генерала А. Стресснера в Парагвае (самой длительной диктатуры в истории Латинской Америки, длившейся с 1954 по 1989 г. [16]) у сотен тысяч потомков эмигрантов, включая И.А. Флейшера-Шевелева, появилась надежда увидеть могилы предков и открыть для себя столь обожаемую ими Россию.

«Моя единственная цель приезда сюда – это посетить места, которые были родными моему отцу, деду и прадеду. Это единственное место в мире, к которому я имел большой интерес. С детства мечтал его посетить, но это было очень трудно сделать, потому что я не знал, что есть родственники по линии Флейшеров. Когда в июне мне исполнилось 75 лет, я получил письмо от атамана Терского казачьего войска, грамоту. И первый раз имел контакт с Терским казачьим войском. Тогда и решил посетить эти места при первой же возможности. Я в восторге от такого сердечного приема, для меня это неожиданно. Здесь очень красивые места, нигде такого нет в России. Кавказ знают во всем мире и знают казаков», – сказал он в блиц-интервью ГТРК «Алания» во время поездки во Владикавказ [17].

Его отец, Анатолий Николаевич, родился в Армавире и окончил Кадетский корпус г. Владикавказа. При отступлении Белой армии семья оказалась в Белграде, эмигрировав затем в Люксембург. Туда же перебрались и родители будущей матери нашего героя Л.И. Шевелевой. В Асунсьон они приедут уже вместе в 1935 г. Стоит отметить, что, согласно парагвайскому законодательству, ребенок при рождении получает фамилию отца и фамилию матери. Именно поэтому Игорь Анатольевич имеет двойную фамилию Флейшер-Шевелев. Отец почетного консула продолжил славные семейные традиции, дослужившись до звания полковника Вооруженных сил Парагвая.

Таким образом, в 2014 г. – 79 лет спустя с момента прибытия своих родителей в Парагвай – И.А. Флейшер смог, наконец, воочию увидеть их историческую родину, взяв в дальнюю дорогу уже собственного сына Серхио-Николаса. Заморские гости успели посетить несколько кавказских республик, включая станицы Ставропольского края и Северной Осетии-Алании.

В рамках насыщенной программы им оказали по-настоящему радушный прием. Специально для русских парагвайцев была подготовлена обширная культурная и деловая программа, организованы встречи с руководством казачества и региональными властями. Игорь Анатольевич был награжден медалями «За особые заслуги» и «За возрождение казачества», а также получил «Сертификат знатока казачьей культуры».

Преодолев непростой период первых лет обустройства в Парагвае, к середине 1930-х гг. наши соотечественники успешно завершили процесс интеграции в местное общество, став его полноправными и почетными членами. При этом они не забыли привить своим потомкам любовь к родной культуре, воспитывая их в традициях старой, дореволюционной России.

«Когда сюда приехали наши, это были почти одни мужчины, они женились на парагвайках, а языку детей учат матери… Мой сын говорит по-испански и по-английски. Его мать парагвайка, но он считает себя русским, и это главное. Русский дух остался, я считаю, что важнее дух, чем язык», – вспоминал И.А. Флейшер [18]. Несмотря на постепенную утрату владения русским языком и переход многих соотечественников в католичество, они не стали отказываться от собственных корней. Напротив, созданная в 1989 г. Ассоциация русских и их потомков в Парагвае – АРИДЕП [19] – стала одной из ключевых структур в деле сохранения здесь богатого наследия российской диаспоры, а также поступательного и динамичного развития российско-парагвайских отношений.

В период работы в нашем Посольстве в Асунсьоне (2014–2019 гг.) я также (помимо вопросов культуры) отвечал за взаимодействие с многочисленными наследниками первых русских переселенцев, до сих пор проживающих на земле индейцев гуарани. В это время мне посчастливилось плотно сотрудничать и с И.А. Флейшером, внесшим неоценимый вклад в укрепление уз дружбы и сотрудничества между Россией и Парагваем.

В частности, обладая серьезным авторитетом (он был заместителем министра промышленности Парагвая), при поддержке других видных представителей АРИДЕП, Игорь Анатольевич стал инициатором открытия в парагвайской столице улицы «Российская Федерация» (в 1996 г.).

Нельзя не отметить роль соотечественников в организации первого в истории пастырского визита Святейшего Патриарха Московского и вся Руси Кирилла в Асунсьон, состоявшегося в феврале 2016 г. [20]. Силами С. Вьетски, Л. Грамматчиковой и других «аридеповцев» был приведен в порядок православный участок на Южном кладбище Асунсьона, где покоятся останки 36 офицеров-белогвардейцев, защищавших Россию и Парагвай [21]. В память павших героев патриарх отслужил на кладбище заупокойную литию в присутствии десятков россиян, не скрывавших своих слез. Ради участия в службе многие потомки русских колонистов предприняли пешее паломничество из разных уголков Парагвая и сопредельных стран. Визит патриарха Кирилла вдохнул новую жизнь в православный приход Асунсьона, долгие годы остававшийся без настоятеля.

Возвращение посланников из Латинской Америки на Кавказ состоялось в ноябре 2016 г., когда Северную Осетию с официальным визитом посетила представительная парагвайская делегация во главе с губернаторами Центрального департамента и Департамента Кордильера, членами законодательных собраний этих субъектов, а также мэром г. Гуарамбаре. В рамках насыщенной программы были подписаны Меморандум о взаимопонимании между Северной Осетией и Центральным департаментом Республики Парагвай [22], а также аналогичный Меморандум между городами Беслан и Гуарамбаре. Данная историческая поездка продемонстрировала твердый настрой обеих сторон на укрепление российско-парагвайских межгосударственных и межрегиональных связей, открыв широкие перспективы для дальнейшего обмена высокими делегациями. Вышеуказанный визит придал дополнительный импульс развитию многовекторных контактов, доказательством чему послужил проведенный в Асунсьоне в октябре 2017 г. масштабный бизнес-форум «Торгово-промышленный диалог: Россия – Парагвай. Продвижение на перспективные рынки МЕРКОСУР», одним из ведущих спикеров на котором стал губернатор Центрального департамента Б. Лансони.

В декабре 2017 г. состоялась торжественная презентация Парагвайско-Российской палаты по развитию торгово-промышленных и культурных связей, активное участие в работе которой принимают и проживающие здесь соотечественники.

Своего рода персональной данью уважения к происхождению многих белоэмигрантов стали прошедшие в октябре 2018 г. при поддержке Палаты успешные гастроли Московского казачьего хора в Парагвае. В частности, артисты выступили в присутствии высшего руководства страны на праздновании 86-й годовщины битвы за форт Бокерон – одного из ключевых сражений Чакской войны (взятием форта командовал русский генерал Ф.Н. Эрн [23]). Они также почтили память павших в этом конфликте россиян, исполнив поминальные песни в здании Национального пантеона героев. Особый символизм первому в текущем столетии приезду казаков в Асунсьон придала аудиенция у президента Парагвая М. Абдо Бенитеса, выразившего желание лично познакомиться с носителями культуры – представителями различных казачьих войск. В свою очередь гости из России вручили главе государства папаху, а его супруге – расшитый узорами платок [24]. В ходе поездки артисты успели провести 5 выступлений, неизменно сопровождавшихся большим зрительским ажиотажем. Отдельного упоминания заслуживает их премьера в заполненном до отказа концертном зале Министерства национальной обороны. Не скрывавшие своего восторга офицеры смогли, наконец, увидеть тех самых казаков, легенды о которых складывались в Парагвае со времен войны с Боливией. Принимавшие активное участие в организации визита представители АРИДЕП устроили своим «дальним родственникам» радушный прием, организовав ряд протокольных и культурных мероприятий.

Поистине кавказское гостеприимство со всей широтой русской души является отличительной чертой проживающих в Парагвае наследников первых переселенцев. Впитавшие с молоком матери традиции старой России, они априори воспринимают любого выходца из нашей страны как духовно близкого им человека. Одним из центров сложившихся в Асунсьоне традиций стал дом потомков знаменитых купцов Канонниковых. Основатель парагвайской ветви семьи – белогвардейский офицер Всеволод Канонников, прибывший сюда накануне Чакской войны. Именем героически проявившего себя на полях сражений россиянина названа улица «Лейтенант Канонников», расположенная в исторической части парагвайской столицы, где вообще немало улиц, нареченных в честь русских воинов, защищавших Парагвай. Завершив свой ратный путь, он основал небольшое судоходное предприятие, превратившееся с годами в одну из ведущих компаний, специализирующихся на речных перевозках. Кстати, принадлежащий семье грузовой порт «ПАКСА» находится именно на той самой улице, увековечившей память об основателе династии. Сегодня его правнук (Луис Канонников) является Генеральным секретарем Ассоциации футбола Парагвая. При содействии нашего соотечественника был организован приезд сборной России по пляжному футболу для участия в проходившем в Асунсьоне в 2019 г. чемпионате мира. Многочисленные члены славного рода Канонниковых и другие «аридеповцы» провели торжественный прием в честь приезда российской делегации, а также всячески поддерживали наших спортсменов на асунсьонском песке [25].

Особого упоминания заслуживает то внимание, с которым современное поколение соотечественников относится к великому наследию своих предшественников. В частности, невозможно не отметить роль представителей АРИДЕП в изучении и приумножении вклада русской диаспоры в развитие Парагвая, а также их последовательные усилия по донесению до представителей местной молодежи, к слову, не всегда глубоко погруженной в историю собственной страны, фактов, роднящих их с Россией. Так, усилиями И.А. Флейшера и Л. Грамматчиковой в 2010 г. в свет вышла монументальная работа «Русские воины в Чакской войне: герои Парагвая» [26]. Данная книга стала самым подробным на сегодняшний день исследованием роли белогвардейских офицеров в экзистенциальном для парагвайцев вооруженном конфликте. Материал был по достоинству оценен в научно-академических кругах страны. В частности, этот труд удостоился высокой оценки со стороны руководства Академии военной истории и географии Парагвая. Наши соотечественники также на регулярной основе выступают в местных СМИ, рассказывая о вкладе россиян в становление парагвайской государственности, промышленности и культуры. Подготовленные «аридеповцами» публикации в ведущих периодических изданиях традиционно находят живой отклик среди местного населения, воспринимающего первых переселенцев и их потомков как неотъемлемую часть своего социума.

Анализируя судьбы парагвайских белоэмигрантов, невозможно не восхищаться стойкостью, мужеством и трудолюбием этих людей, которым трагическая история нашей страны начала XX в., казалось бы, не оставила шансов на какое-либо будущее. Вместе с тем они не только смогли завоевать достойное место в новом для себя мире, но и пронесли через все тяготы и лишения любовь к своей отчизне, создав уникальный островок исторической России в самом сердце Южной Америки.